"В тайне хранившие Ислам..." - история из книги Али Тантави "Кысас мина т-тарих" - Ан-Ниса - Мусульманский женский портал

«В тайне хранившие Ислам…» — история из книги Али Тантави «Кысас мина т-тарих»

Он написал в своих воспоминаниях:

«В то время я был маленьким, не понимал того, что происходит в семье, но часто замечал, как приходил в волнение отец и менялся в лице каждый раз, когда я возвращался из школы. Каждый раз, когда я рассказывал ему урок, и читал то, что выучил из Библии, показывал ему успехи в испанском, он обретал горестный вид и уходил в свою дальнюю комнату, к которой нам строго было запрещено даже приближаться. Я не знаю, что отец там делал, но после долгих часов он выходил оттуда с покрасневшими глазами — словно долго и безутешно плакал в одиночестве. Он часто смотрел на меня с грустью и тоской, и как будто хотел что-то сказать мне, но, несмотря на то, что я стоял перед ним весь во внимании, желая услышать от него хоть что-то, он поворачивался и уходил. Моя мать тоже плакала, провожая меня в школу, и, обняв, долго не отпускала меня, и я целый день чувствовал жар ее слез у себя на щеке. Когда же я возвращался, она встречала меня так, как будто я отсутствовал не несколько часов, а несколько лет.

Родители часто шептались на незнакомом мне языке, и прекращали разговор, если я приближался к ним. Я находился в недоумении относительно их поведения, более того, мучился, думая, что, может быть, я не их сын, поскольку не понимал их отношения ко мне, и, найдя какой-нибудь уголок в большом доме, горько плакал. Все это наложило свой отпечаток на меня, и я не играл, как другие мои ровесники, не радовался, не проводил свое время в беззаботности и веселье. Я садился один и погружался в думы, пытаясь найти решение этих вопросов, пока один из монахов не тянул меня за рукав, приглашая на молитву.

Когда мне исполнилось лет 10, в нашей семье произошло радостное событие, у меня родился братишка. Но я не увидел радости на лице отца, он даже не улыбнулся. В горести он пошел в церковь и пригласил священника для крещения ребенка. Со следами отчаяния и горя на лице вернулся он со священником домой. Все это еще больше озадачило меня и увеличило мою боль.

Наступила пасхальная ночь. Гранада была погружена в море света. Аль-Гамбра переливалась всеми цветами радуги. Кресты над ее куполами светились. Люди радовались и веселились. В эту ночь отец позвал меня в свою тайную комнату. Я весь трепетал от ожидания чего-то интересного, и в то же время дрожал от страха, ожидая чего-то страшного. Он завел меня в комнату и в кромешной тьме начал зажигать лампу. Когда он зажег маленькую лампу, я оглянулся и увидел, что в комнате кроме ковра, книги на полке и меча, висящего на стене, ничего больше нет. Отец посадил меня рядом с собой на ковер и долго смотрел на меня, не смея заговорить. Потом взял меня за руку и тихим голосом сказал:

— Сынок, тебе уже десять лет. Ты уже стал мужчиной, и я хочу рассказать тебе тайну, которую я долго скрывал от тебя. Сможешь ли ты сохранить ее, даже от матери? Только одно твое слово может подвергнуть меня трибуналу инквизиции.

Когда я услышал слово «инквизиция», меня передернуло от ужаса. Волосы встали дыбом, так как не было для меня ничего страшнее этого слова. Ведь почти каждый день я видел, как инквизиция приговаривала к сожжению десятки людей. И я промолчал.

— Что с тобой, почему ты не отвечаешь, — ты сможешь скрыть то, что я тебе скажу?

— Да, отец!

— Ты не расскажешь никому, даже матери и дяде?

— Нет, не расскажу.

— Сядь поближе, я боюсь, и у стен могут быть уши.

Он взял книгу с полки и сказал:

— Ты знаешь, что это за книга? Это Священное Писание.

— Библия?

— Н-нет. Это Коран, который ниспослал Аллах Своему Пророку Мухаммаду (мир ему и благословение).

Я не смог ничего сказать от удивления.

— Это книга Ислама. Ислам, который принес Пророк Мухаммад (мир ему и благословение) ко всем людям. Он появился очень далеко отсюда, за морями, в пустыне, среди людей очень отсталых. И вывел их из мрака к свету, из невежества к знаниям, из распутства к нравственности. И они распространили этот свет Ислама по всему миру, пока не дошли до нашей страны Андалузии. Построили великую цивилизацию и правили 800 лет. Превратили эту страну в самую высокоразвитую страну в мире. Да, сынок, мы арабы, мусульмане.

— Что?!! Мы мусульмане?

— Да! Это и есть та тайна, в которую я должен был тебя посвятить. Да, мы мусульмане. Мы хозяева этой страны. Мы построили эти дворцы, в которых живут сейчас наши враги. Мы подняли эти минареты, с которых звучал азан, а сейчас бьют колокола. Мы основали эти мечети, в которой молились более 80 000 человек одновременно, встав в стройный ряд, за одним имамом. Сейчас это церкви и монастыри. Здесь на каждом месте есть след, который оставили наши предки, под каждым камнем тлеют кости твоих дедов. Мы принесли эту культуру, основали города, проложили мосты и дороги, взрастили эти сады.

Но сорок лет назад, — ты слышишь, — сорок лет назад последний из правителей города Мохаммед Абу Абдаллах вручил ключи от дворца Аль-Гамбры испанцам и навсегда покинул город, направляясь в Марокко, чтобы умереть там в одиночестве. Королева Изабелла и король Фердинанд обещали нам свободу религии, справедливость, и многие мусульмане остались, но, став полностью хозяевами полуострова, испанцы нарушили свое обещание. Через несколько лет на центральной площади были сожжены все исламские и арабские книги. Были запрещены любые проявления Ислама, запрещен арабский язык, и обучение детей своим обычаям. Святой трибунал инквизиции приговаривает любого к смерти за иноверие. Сорок лет, сынок, мы в этих муках, ожидаем милости Аллаха и не отчаиваемся. Вот что за тайна, которую я скрываю. Я не боюсь смерти, но я боюсь умереть, не обучив тебя нашему языку, нашей религии. А сейчас иди спать и не забудь, что ты обещал.

 

С тех пор, каждый раз увидев Аль-Гамбру, минареты, дома и дворцы, я чувствовал печаль; мое сердце переполняла любовь к тем, кто построил этот город, и ненависть к тем, кто изменял его. Я гулял по улочкам и разговаривал с городом: «О, Аль-Гамбра! О любимый дворец! Забыл ли ты тех, кто построил тебя, кто поливал тебя кровью и слезами, кто пожертвовал всем, чтобы ты восхищал всех. Помнишь ли ты справедливых своих амиров, которые принесли тебе известность и величие? Привык ли ты к колоколам после азанов, к монахам после имамов, к темноте после света?»

Я начал изучать арабский. Я писал латинские буквы, а отец рядом выводил арабские. Обучал меня произношению и письму, намазу и молитвам, которые мы совершали в той отдаленной комнате. Страх, что я могу раскрыть тайну, не покидал меня ни днем, ни ночью. Отец же, чтобы проверить меня, отправлял ко мне мать, и она выпытывала у меня, чему это я учусь у отца, но я молча все отвергал и говорил, что он меня ничему не учит.

Прошло несколько лет. Я выучил арабский, основы религии. Отец познакомил меня с другими мусульманами, тайно придерживающимися Ислама. Я посетил города Севилья, Кордова, и везде были тайные мусульмане. Даже в Толедо, несмотря на то, что он перешел в руки испанцев еще 500 лет назад я обнаружил тех, кто тайно придерживается ислама.

Инквизиция усилила свою деятельность. Всех новообращенных христиан проверяли на благонадежность и если обнаруживали что-то подозрительное, могли сжечь или как-то иначе наказать. Однажды они обнаружили у одной 90-летней старухи (Изабеллы Сюзан) Коран, за что провезли ее на осле по городу, несмотря на ее уверения, что она читать его не умеет. Замучили одного мориска (крещеного араба) за его излишнюю и подозрительную чистоплотность.

Однажды отец позвал меня и сказал: «Я чувствую, что круг сужается. Я не боюсь смерти и желаю попасть в рай. Я сделал что мог, обучил тебя Исламу. Но что бы ни случилось, слушайся вот этого человека» — и указал на своего друга.

Прошло несколько недель. В одну из ночей друг моего отца вызвал меня и приказал одевать и идти с ним.

— Куда мы направляемся?

— Отец тебе велел слушаться меня, поэтому ничего не спрашивай и иди за мной.

Когда мы выехали из города, он остановился и сказал: «Твоей семье предписано войти в рай через руки инквизиторов. Мы же направляемся в Марокко – страну мусульман. Бисмилля».

Так Мухаммад ибн Абдуррафи’ Андалусий попал в Марокко. Впоследствии он станет большим ученым, автором многих книг и произведений.

 

Из книги «Кысас мина т-тарих» («Рассказы из истории (Ислама)») Али ат-Тантави

Взято с сайта Islam-today.ru

935

Последние статьи
18.05.2017
Подробнее
16.05.2017
Подробнее
Подробнее
© 2017 Ан-Ниса. Все права защищены. При использовании материалов ссылка на сайт annisa-today.ru обязательна.